Il Novellino

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Il Novellino » Realta » "Лекарство от забвения" - 2


"Лекарство от забвения" - 2

Сообщений 21 страница 34 из 34

21

- Слишком вы хороши собой для того, чтобы быть немилым, - куртизанка качнула головой, стягивая с Федерико сапоги. Поглаживая ноги мужчины, Феличетта на его вопрос ответила так:
- Я любила когда-то. Полюбила одного юношу. Собой он был хорош, речь у него была сладкая и поцелуи тоже. Он уговорил меня сбежать с ним, уверяя, что мы сможем быть вместе вдали от своих семей. Да только после того, как убежали мы, любовь его быстро остыла, и он оставил меня одну. Дороги обратно не было. Мой стыд был так глубок, что я дала обет ни одну мужчине больше не показывать лица, и до сих пор блюду свою клятву. Но после я не могла уже никого полюбить. Да и кому в голову придет любить куртизанку? Я - любимая на одну ночь.
Джованна низко наклонила голову, как будто печалясь.
- Вы любите кого-то, мессер Арно, но не можете добиться? - в расспросах ей нужно было быть осторожнее, но не спрашивать вовсе она не могла.

+1

22

Ардженти рассмеялся, ибо Феличетта сейчас говорила как истинная простушка:
- Если найдешь богатого старика, да окрутишь его как следует, быть тебе в шелках и золоте, уж поверь. А если еще лучше расстараешься, то кого получше найдешь. Таким как ты предназначено воровать сердца и нанизывать их на булавку. Да и мне ли тебе рассказывать? Главное, сделай это до того, как начнешь стареть. Одна добрая женщина рассказывала, что она долго перебирала, пока не осталась одна. Хорошо, что Бог дал ей дочь. Красивая была, мой дружок Гаэтано был ей милее, чем я.
Слушая Феличетту, Федерико вспомнил рассказ Джованны о том, как обманом увел ее из родного дома. В эту историю ему до сих пор не верилось, но перстень на руке супруги и слова закадычных друзей были наилучшим подтверждением.
- Любил, забыл. Не могу вспомнить, - коротко признался Ардженти, не став объяснять. - Да и она меня не любит. Ненавидит даже. Стоит ли томиться? Бог дарует любовь и забирает ее, когда хочет наказать. А если отобрать у человека еще и память, кем он станет? - Федерико устало потер лоб и расшнуровал гульфик. Трудиться ради удовольствия он был сегодня не способен. Пусть потрудится лучше ласковая Феличетта.

+1

23

- Не знаю, - шепнула Феличетта, гася свечи. - Но моя юность говорит мне о том, что когда мне потребно станет окрутить какого-нибудь старика, вы будете, мессер, как раз подходящего возраста.
В темноте раздался ее тихий смех, а потом почувствовал Ардженти жар рта куртизанки на своих чреслах. Ублажив гостя, Феличетта спросила снова, пока Федерико играл с ее острыми грудками:
- И все же, вы, как видится мне, хотите, чтобы у вас с этой донной все было ладно? Или хотите, чтобы она исчезла? Женские сердца мягки, податливы. Нам легко угодить одним только вниманием. Вы совсем запутались, мессер Арно, - женщина обняла его бедовую голову. Так жалко стало ей Федерико, что комок подкатил к горлу. - Но зато сейчас вы здесь, со мной. И тут все ясно, а потому вы можете чувствовать себя спокойно.
Под окнами орали коты, ветер стучал ставнями. А в комнате тьма была теплой, ласковой, гладкой и сулила только отдых.

+1

24

- Будешь греть мне постель, слушать жалобы на подагру и убегать к юношам, чтобы наслаждаться их пылкостью? Если я, конечно, не свалюсь с лошади так, чтобы наверняка переломать хребет, - Федерико до сих пор был зол на нелепое стечение обстоятельств, приведшее к такому плачевному результату.
Однако вскоре он ненадолго забыл и о своей тоске, и о злости, и о жестокосердии монны Джованны, потому что Феличетта расстаралась ублажая его. Забытье это, правда, длилось недолго. Осталось горькое послевкусие близости и терпкий вкус вина.
- Каждый честный человек хочет, чтобы у него все было ладно, да не каждый может. Мое внимание ей ненавистно, и я имел несчастье убедиться в этом сам. У некоторых в груди вместо сердца камень, хоть они податливы на вид.
С Феличеттой было Ардженти хорошо, но не спокойно. Наслаждаясь ее лаской и вниманием, он все равно продолжал оглядываться на жену. Не знал, то ли это правда любовь, то ли какая странная хворь, заставлявшая метаться из угла в угол в поисках себя и прежнего чувства.

Отредактировано Federico Argenti (15.11.2013 00:59:36)

+1

25

- Значит, все таки она вам нужна, - заключила куртизанка. - Иначе, забыв ее, вы бы так не горевали, мессер.
"Ты даже не представляешь, как на самом деле любим" - с горечью думала Джованна, осыпая супруга ласками. Федерико невдомек было, что чувствовала женщина, которая и желала открыться, и боялась.
- Отчего же вы решили, что она вас ненавидит? - вопрошала Феличетта, не прерывая любовной игры. Этой ночью на теле у нее были украшения и цепочки, которые тихонько и мелодично позванивали, когда она двигалась. - Точно вы не обманулись? Впрочем, если обманулись, это даже лучше для меня. Если бы мужчины и женщины составляли бы крепкие пары, для таких как я не нашлось бы работы. Обиженный супруг уходит гулять, а от того благонравные жены ревную мужей к куртизанкам и злятся на них крепче. А те из них, которые поравнодушней, заводят любовника. А ваша донна какова собой? Красива ли она? А нрав у нее и правда дурной? Если дурной, что ее, должно быть, никто не любит.

Отредактировано Giovanna Adimari (15.11.2013 09:36:31)

0

26

- Говорят, время все лечит, - вздохнул Ардженти, в темноте ловя и обнимая гибкую Феличетту. - Хотя, кто знает? Разум мой как сундук, в котором могут найтись забытые вещи, - с этими словами он грустно рассмеялся, целуя свою загадочную любовницу. Та рассуждала здраво, но забывала о тех, у кого нет жен. Федерико считал, что бескорыстие первых слишком преувеличено. Уж к каким только хитростям ни прибегали они, чтобы удержать подле себя понравившегося мужчину. - И куртизанки ревнуют, словно жены. А то и похлеще, - заметил он. - Лучшее свидетельство неприязни - отказ. Моя донна очень хороша собой. Другой я и не мог выбрать, разве что сослепу.
Расписывать достоинства одной, говоря с другой - опасное занятие. Женщины, если это не мать и сестра, почти всегда соперницы, коль речь идет об одном мужчине. Потому рыцарь не стал живописать прелести монны Джованны, чтобы Феличетта не загорелась ревностью. Лишние трудности ему были не нужны. Хмель потихоньку отпускал Ардженти, и прояснялась голова. Чем яснее становился разум, тем больше прибавлялось сил, а потому любовная игра с его стороны в скором времени перестала напоминать неловкую возню. Увлекшись ею, рыцарь позаботился о том, чтобы Феличетта тоже была довольна.

Отредактировано Federico Argenti (15.11.2013 10:26:51)

0

27

Пока с мнимой куртизанкой наслаждался Федерико Ардженти молодостью и страстью, со своей женой оставался так же нелюбезен. Джованна как призрак появлялась ко времени трапезы и исчезала сразу после нее, словно растворяясь в палаццо. Еще больше разжигать гнев мужа было так же опасно как играть с огнем в ворохе сена. В доме Ардженти настали безрадостные дни.
В один из дней Джованна, узнав, что муж ее с друзьми остался у себя в покоях, вышла с лютней в галерею, звуки из которой, как было известно, хорошо достигали окон спальни Федерико. Подтянув колки, женщина запела песню о голубке, которую когда-то слышала от мужа.

- Душно-то как, - Гаэтано, проигрывая в кости, утер вспотевшую шею. - Вам никак сами черти топили сегодня очаг. Жарко как в аду, открою окно.
- И то правда, господин, - поддержал Мауро, чье чуткое ухо уловило напев.
Стоило только приоткрыть узорчатую створку, как в комнату полился высокий и чистый голос Джованны.
- Ваша жена поет, - высунувшись в окно, Гаэтано покачал головой. - Помирились бы вы что ли? Феличетта хотя и куртизанка, и наверняка та еще искуссница, но донна Джованна все ж с вами единая кость. Она так молода и красива, что если ею пренебрегать, может случиться дурное. Отчего, говорите, она прогнала вас?

Отредактировано Giovanna Adimari (15.11.2013 11:56:52)

0

28

- Жарко вам от невезения, - усмехнулся Федерико. - Мне тоже бывает жарко. От злости. Побереглись бы, протянет.
С этими словами он поднялся из-за стола и закрыл окно. Друзья его между собой переглянулись. Ардженти как ни в чем ни бывало, снова уселся обратно. Ни о каком примирении по его мнению не могло быть и речи.
- Пусть поет. Ей теперь только петь и остается, - отхлебнув вина, Федерико отер губы тыльной стороной ладони. - По мнению монны Джованны я лжец. Сказала, что не мила мне, от себя прогнала. Я решил, пусть так и будет.
Мауро в ответ на эти слова насупился. Гаэтано тяжело вздохнул.
- А что же, мила? - осторожно спросил оруженосец. - Вы ведь к другой ходите.
- Было да сплыло. Я не шар на веревочке, чтобы меня притягивать да отталкивать, - звуки лютни и голос жены расстравливали душу. Обратившись к Гаэтано, Ардженти сказал: - Дурное уже произошло, мой друг. Когда я свалился с лошади. Оттого все кувырком, лучше бы не просыпаться.
- Помилуй Бог, - Мауро боязливо перекрестился. - Благодарить за такое счастье надо.
- Счастье где? - с задумчиво-философским видом спросил Федерико, кидая кости, и сквозь зубы процедил: - Ишь, заливается как.
Гаэтано то ли от этих слов, то ли увидев новый проигрыш, скривился.

Отредактировано Federico Argenti (15.11.2013 12:14:29)

+1

29

- Счастье, что вы уцелели, - промолвил мужчина, качая в руках злополучные кости. - А уж Господь найдет как управить, Ему сверху виднее.
Джованна же, узнав, что муж только разозлился, услышав песню, вспыхнула тоже. Неудача расстроила ее, но заставила только упорствовать, и с той поры Федерико слышал ее пение каждый день то тут, то там, то чисто, то эхом.
Феличетта же не пела. Она никогда не поднимала голоса выше шепота и вела себя очень покорно, но неизменно приветливо.
Как-то раз, когда Федерико попросил напиться после жаркой любви, куртизанка вместо вина поднесла ему холодного козьего молока.
- Вино хорошо для тех, кто хочет забыться. А вы и так уже забыли достаточно. Чего доброго, и меня забудете, - Феличетта обняла рыцаря сзади, тесно прижалась к его голой спине. - А мне бы этого не хотелось. Я хочу, чтобы вы помнили хорошо каждую нашу ночь, каждый поцелуй, что я вам подарила, чтобы вы могли с благодарностью вспоминать Феличетту после того, как покинете ее.

+1

30

- С ума сошла что ли... - ворчал под нос Федерико, слушая это бесконечное пение. Жена будто нарочно взялась его изводить. Спасаясь от некогда дорогого сердцу голоса, он то запирался в покоях, то убегал в февральский голый сад, то накрывал голову подушкой. Иногда ему удавалось перевести дух и унять просыпавшуюся горькую злость. Голос Джованны чем дальше, тем был милее, но Ардженти продолжал упорствовать, утверждая, что это не так. Закадычные друзья и слуги наблюдали за этими метаниями с сочувствием, хотя иной раз и посмеивались в кулак.
Не зря Феличетта опасалась того, что рыцарь ее оставит. Куртизанка хоть и нравилась ему, но не была мила так, как жена. Принимая чашу с молоком, Федерико спросил со смехом:
- Неужто опоить меня решила? - он сделал глоток и закашлялся, вспоминая недавний странный сон. В этом сне Ардженти был немощен и болен, а монна Джованна поила его терпким, душистым отваром травы. Там, где он лежал, почему-то было тесно, а за дверями стояли мертвецы. Двое оборванцев, которых они не пустили. Вспомнив это видение, Федерико невольно вздрогнул. Прошептал спешно молитву и отдал чашу женщине с глазами, подведенными сурьмой. Ни улыбки, ни смеха больше не было. Когда Феличетта снова обняла его, Федерико будто невпопад спросил:
- Можно ли простить убийцу? - где-то на периферии сознания мелькнул размытый образ хрупкой девушки в простом платье и платке, сломавшийся черенок и далекое блеяние козы. Ардженти ясно вспомнил, как копал могилу.

Отредактировано Federico Argenti (15.11.2013 14:59:50)

+1

31

- Смотря кто кого убил, - уклончиво ответила Феличетта. - Пусть убийство и грех, но иногда не обойтись. Когда сильный  защищает слабого, когда зло должно быть наказано... Тогда разящая десница становится карой божьей за все содеянное.
Она тоже сделала глоток из чаши, и отставила ее в сторону.
- Убийство мучает вас, мессер? Мне вы можете что угодно рассказать, ведь вы платите мне не только за любовь, но и за молчание.
В последнее время говорили они больше, чем тешились. Джованна тревожилась, что не может даже обманом удержать супруга, как ни старалась, но что делать пока не ведала. И в то же время рада была хоть так перемолвиться с Федерико словечком.
- А знали ли вы, мессер Арно, что я кроме прочего хорошая гадальщица? Мои карты могут рассказать многое о вас, - куртизанка коснулась рукой колоды, неприметно лежавшей поодаль. - У всех женщин в моей семье был этот дар, есть и у меня.
Джованна хотя и врала, по уповала на то, что жизнь Федерико ей хорошо известна, к тому же гадалки никогда почти не говорят напрямик. А ей того и надо.

+1

32

- Мне приснились те, кого я убил. И хоть было это справедливо, сон оказался неприятным. Об этом я рассказывал своему исповеднику, он сказал то же, что и ты. Наверное, такие сны приходят тогда, когда волнуешься о самом дорогом, что тебе поверено. О чужой жизни.
Когда-то монна Джованна доверила Федерико свое счастье. А что теперь? Ему стало совестно.
- Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство... - вспомнил Ардженти слова апостола Павла и горько рассмеялся. "Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют". Если так, то никому из них не суждено было оказаться на Небесах, а потому Ардженти согласился. Скудное освещение в комнате меж тем было очень похожим на то, какое было в лачуге, где они жили с Джованной. То ли от того, что молоко было холодным, то ли от того, что оно смешалось с прежде выпитым вином, Федерико невольно икнул.
- Это нечестно, милая Феличетта, - посетовал рыцарь. - Ты узнаешь мои тайны, но не расскажешь свои. Я и так перед тобой каждый раз без порток.

Отредактировано Federico Argenti (15.11.2013 15:31:54)

0

33

- Без порток не значит, что голый, - рассудила Феличетта, голой, как ведьма, садясь за стол. - Так просто душу не обнажишь.
Думала она, считается ли это гадание волшебством или обманом, и отнесла к последнему. Получалось так, что только за этот грех и придется ей нести епитимью. Бедный Федерико относил себя в большим грешникам, но Джованна отчасти его грехи сейчас брала  на себя.
Поставив перед собой свечу потолще, мнимая куртизанка начала раскладывать карты на узорчатой  скатерти. Счастье, что ей не нужно угадывать на самом деле. Любая карта сойдет, чтобы рассказать Федерико про него самого.
Первым вышел король кубков и валет мечей, которые названы были друзьями, а дальше Джованна рассказала про них маленько, пока не стали попадаться подходящие карты. Повешенным был обозначен сам рыцарь нарочно, и после нескольких иных карт рядом она положила карту Влюбленных и Луну, сообщив, что Федерико в потемках и стоит перед тяжелым выбором.
- Одна дама светла и честна, другая вас обманывает, мессер. Вижу ли я здесь любовь? Вижу, мессер, вот она, - пальчик мнимой куртизанки ткнул в случайную карту сбоку. Следующей вышла Фортуна. - Будьте осторожны мессер, потому что Фортуне доверия нет, и ложь может оказаться правдой, и наоборот. Должно быть, нелегко вам сейчас. Но я вижу, что может вы положиться на друзей. Давайте взглянем на то, что будет в грядущем. Сейчас вы на распутье, но я вижу скорые перемены. Радуйтесь, мессер, ваши трудности разрешатся, хотя и не без помощи со стороны. Чтобы сделать выбор, вам придется послушать свое сердце, потому что ум здесь нехороший советник, - на плат лег Дурак. - Ум не видит куда идет. Но помните, что ваш выбор будет решать не только вашу жизнь. Но и чью-то еще. А чью - я пока не вижу.

+1

34

Федерико доводилось коротать время за игрой в "триумфы", но чтобы на них гадали, он ни разу еще не видал. Рыцарь внимательно следил за изящной рукой Феличетты, переворачивавшей карты. И было Ардженти волнительно и немного боязно. Как-то Адриано говорил ему, что предрекать судьбу - все равно, что ее загадывать. Рыцарь невольно поежился. Складно говорила его любовница, да малопонятно, и Федерико решил, что это надо обдумать на досуге, при свете дня. Правду говорят, что утро вечера мудренее.
Как бы ни злился он на жену, но обмана от монны Джованны не ждал. Сердце верило, душа надеялась. Что же до Феличетты, даже если бы она лгала, ничего удивительного в том не было. Приняв это как должное, Ардженти сказал:
- Спасибо, что не предрекла мне страшных бедствий, - он накрыл ее ладонь своей и ласково улыбнулся. Ночь подходила к концу. Вместе с ней должна была исчезнуть Феличетта и ее чудеса, и отчего-то в этот раз Федерико поспешил покинуть свою любовницу раньше обычного. Стены маленькой, тускло освещенной комнаты давили, будто он опять тяжело хворал. Только не было рядом милой, доброй Джованны. Распрощавшись с куртизанкой, добравшись до моста, Федерико встретил рассвет, глядя в темную студеную воду Арно. Река манила его к себе, словно там он мог обрести память, но сделать шаг Ардженти так и не решился.

0


Вы здесь » Il Novellino » Realta » "Лекарство от забвения" - 2